Высокий уровень инсулина — вреднее ли он, чем сахар?

Цель исследования: Потребление подслащённых сахаром напитков (SSB), к которым относятся газированные напитки, фруктовые напитки, холодный чай, энергетические напитки и напитки с витаминами, растёт во всём мире. Регулярное употребление SSB связывают с набором веса и риском избыточного веса и ожирения, однако роль SSB в развитии связанных с ними хронических метаболических заболеваний, таких как метаболический синдром и диабет 2-го типа, до сих пор не оценивали количественно.

Результаты: Согласно данным этих исследований, в которых участвовали 310 819 человек и было зарегистрировано 15 043 случая диабета 2-го типа, у людей из группы с самым высоким потреблением SSB (чаще всего 1–2 порции в день) риск развития диабета 2-го типа был на 26% выше, чем у людей из группы с самым низким потреблением (не употребляли или употребляли менее 1 порции в месяц) (относительный риск [RR] 1,26 [95% ДИ 1,12–1,41]). В исследованиях метаболического синдрома, в которых участвовали 19 431 человек и было зарегистрировано 5 803 случая, объединённый RR составил 1,20 [1,02–1,42]. Помимо набора веса, более высокое потребление SSB связано с развитием метаболического синдрома и диабета 2-го типа. Эти данные подтверждают необходимость ограничивать потребление SSB, чтобы снизить риск хронических метаболических заболеваний, связанных с ожирением.

Цель исследования: Помимо контроля уровня глюкозы в крови, инсулин участвует в поглощении липидов, липолизе и липогенезе. Избыточное количество инсулина в крови связано с увеличением жировой ткани и ожирением. Однако причинная роль гиперинсулинемии в развитии ожирения у млекопитающих остаётся спорной: многие исследователи считают её следствием инсулинорезистентности.

Результаты: Избыточное количество инсулина в крови связано с увеличением жировой ткани и ожирением. Однако причинная роль гиперинсулинемии в развитии ожирения у млекопитающих остаётся спорной: многие исследователи считают её следствием инсулинорезистентности. Недавно появились данные о том, что целенаправленное снижение гиперинсулинемии может предотвращать ожирение и обращать его вспять в моделях на животных. Наши эксперименты и работы других исследователей в этой области ставят под сомнение общепринятое представление о том, что гиперинсулинемия возникает в ответ на ожирение и/или инсулинорезистентность. В этом обзоре мы рассматриваем доклинические данные в контексте более широкой научной литературы и обсуждаем возможность применения альтернативных подходов к лечению ожирения в клинической практике.

Цель исследования: Факторы образа жизни, повышающие риск диабета, связаны с повышенным базальным уровнем инсулина (гиперинсулинемией). Повышенный уровень инсулина предсказывает развитие ожирения в более позднем возрасте у детей и подростков. Вероятно, гиперинсулинемия играет причинную роль в росте жировой ткани, поскольку фармакологическое снижение секреции инсулина уменьшает массу тела у людей с ожирением.

Результаты: Генетическое выключение копий гена инсулина у мышей также снижает общий уровень инсулина и предотвращает или смягчает ожирение, вызванное рационом с высоким содержанием жиров. Гиперинсулинемия приводит к набору веса из-за физиологического действия инсулина. Уровня инсулина в верхней части нормы или немного выше нормы достаточно, чтобы подавлять липолиз и усиливать липогенез в адипоцитах. Для влияния инсулина на транспорт глюкозы или выработку глюкозы печенью требуются уровни гормона, соответственно, в шесть или два раза выше. Поэтому обоснованно рекомендовать образ жизни, помогающий избегать высокого уровня инсулина и ограничивать анаболическую активность жировой ткани.

Цель исследования: Гиперинсулинемия — самый ранний признак инсулинорезистентности (IR), однако причинная связь между ними пока не установлена. В этой работе мы описываем мутацию, приводящую к преждевременному завершению синтеза белка PRKD2 (K410X), у двух макак-резусов с чрезвычайно высокой концентрацией инсулина, а также с IR и метаболическими нарушениями. Для этого использовали отбор животных с крайними значениями признака и глубокое секвенирование.

Результаты: Эта мутация снижает уровень PRKD2 как на уровне мРНК, так и на уровне белка. Используя модель мышей с выключенным геном PRKD2, мы показали, что удаление PRKD2 вызывает гиперинсулинемию, которая предшествует IR и метаболическим нарушениям у мышей с дефицитом PRKD2. Дефицит PRKD2 усиливает секрецию инсулина бета-клетками за счёт повышения экспрессии и активности кальциевых каналов L-типа, что затем увеличивает приток Ca2+, вызванный высоким уровнем глюкозы и деполяризацией мембраны. В совокупности эти результаты указывают, что снижение уровня PRKD2 участвует в развитии гиперинсулинемии, которая, в свою очередь, приводит к IR и метаболическим нарушениям.

Цель исследования: Влияние диеты на инсулинорезистентность (IR) при синдроме поликистозных яичников (СПКЯ) остаётся спорным. Поэтому мы провели систематический обзор и метаанализ, чтобы выяснить, может ли диета снизить IR у женщин с СПКЯ и одновременно дать оптимальные и точные рекомендации по питанию для клинической практики.

Результаты: В анализ включили 19 исследований (1193 участницы). Результаты показали, что диета существенно улучшала IR и состав тела у пациенток с СПКЯ, в том числе показатели по модели оценки гомеостаза при инсулинорезистентности, уровень инсулина натощак, глюкозу плазмы натощак, индекс массы тела (BMI), вес и окружность талии. Диета DASH и диеты с ограничением калорий могут быть оптимальным выбором для снижения IR и улучшения состава тела соответственно у женщин с СПКЯ. Результат также зависел от продолжительности лечения: чем дольше оно продолжалось, тем заметнее было улучшение. По сравнению с метформином диета также лучше способствовала снижению веса (в том числе BMI и массы тела) и оказывала такое же влияние на регуляцию инсулина. В целом наши результаты показывают, что диета — эффективный, приемлемый и безопасный способ уменьшить IR, и всем пациенткам с СПКЯ следует предлагать профессиональные рекомендации по питанию.

Цель исследования: Метаболически обусловленная стеатотическая болезнь печени (MASLD) широко распространена среди людей с сахарным диабетом 2-го типа (T2DM), главным образом из-за общих метаболических факторов риска, таких как инсулинорезистентность и ожирение. Цель исследования — изучить связь этих показателей с вероятностью MASLD у взрослых с T2DM.

Результаты: С учётом образа жизни и метаболических показателей отношение шансов MASLD в группе с самым высоким квартилем EDIR составило 7,81 (p = 0,001), для ELIH — 8 (p < 0,001), а для ELIR — 3,21 (p = 0,032). Для EDIH значимой связи не обнаружили. Рацион и образ жизни с более выраженным инсулинемическим потенциалом могут повышать риск MASLD у людей с T2DM. Эти результаты подчёркивают важность стратегий питания, влияющих на уровень инсулина, для профилактики и лечения осложнений со стороны печени у людей из этой группы высокого риска.

Цель исследования: Оценить действие бексаглифлозина на контроль уровня инсулина у лошадей со спонтанно возникшим нарушением регуляции инсулина.

Результаты: Средние значения инсулина в покое, максимальная концентрация (Cmax) и площадь под кривой (AUC) после BEXA06 были ниже (в покое: 17,6 μIU/mL [95% ДИ, от 5,3 до 29,9 μIU/mL]; Cmax: 48,4 μIU/mL [95% ДИ, от 24,0 до 72,8 μIU/mL]; AUC: 4 084,0 μIU/mL*min [95% ДИ, от 1 944,4 до 6 223,5 μIU/mL*min]), чем после плацебо (в покое: 53,9 μIU/mL [95% ДИ, от 35,0 до 72,7 μIU/mL]; Cmax: 90,9 μIU/mL [95% ДИ, от 65,0 до 116,9 μIU/mL]; AUC: 9 146,3 μIU/mL*min [95% ДИ, от 6 428,9 до 11 863,7 μIU/mL*min]), но не после BEXA03. У некоторых лошадей после лечения BEXA06 наблюдалась лёгкая гипертриглицеридемия (n = 5), однако средняя концентрация триглицеридов в покое после BEXA06 (49 mg/dL; 95% ДИ, от 30 до 67 mg/dL) не была значимо выше, чем у животных без лечения (32 mg/dL; 95% ДИ, от 26 до 38 mg/dL). Бексаглифлозин (0,06 mg/kg, PO, q 24 h) контролировал уровень инсулина и минимально влиял на триглицериды сыворотки у арабских лошадей со спонтанно возникшим нарушением регуляции инсулина.

Цель исследования: Ингибиторы натрий-глюкозного котранспортера 2-го типа (SGLT2) — перспективные препараты для лечения гиперинсулинемии у лошадей с нарушенной регуляцией инсулина (ID). Сравнить краткосрочное действие ингибитора SGLT2 канаглифлозина и плацебо на реакции глюкозы и инсулина во время перорального сахарного теста (OST) и теста с кормом на основе фуража (FCT), а также оценить побочные эффекты.

Результаты: Пиковые концентрации инсулина (μIU/mL) во время OST и FCT после лечения канаглифлозином в дозах 0,6 и 1,2 mg/kg были ниже, чем после плацебо (P ≤ .01); OST: 122,0 (96,6–154,0) и 108,6 (85,6–137,8) против 288,7 (227,1–366,9); FCT: 78,3 (37,6–162,9) и 54,2 (25,7–114,5) против 140,3 (68,5–287,3). Канаглифлозин вызывал дозозависимое повышение концентрации триглицеридов (P ≤ .01). После лечения концентрации триглицеридов составили 0,5 (0,4–0,8), 1,3 (0,9–2,0) и 2,9 (1,9–4,4) mmol/L соответственно в группах плацебо, 0,6 mg/kg и 1,2 mg/kg. Канаглифлозин эффективно снижает гиперинсулинемию у лошадей с нарушенной регуляцией инсулина, но вызывает дозозависимое повышение концентрации триглицеридов.